Об институте Аналитика Мониторинг Блоги
   
23.06.2006, 16:55


Посткоалиционные тезисы


1

С формированием демократической коалиции завершился непродолжительный, но событийно насыщенный политический цикл: от революционного собрания Майдана и постреволюционного порядка и хаоса страна переходит к новым европейским общественно-политическим практикам.

Сегодня можно утверждать, что электоральные ожидания и "майданные" акценты нашли свое воплощение в идейно новой структуре украинской политики. Революционная энергия не исчерпана и направлена в новые политические артерии страны.

Старые пути достижения политической стабильности и общественного консенсуса оказались достаточно узкими для мощного революционного потока и были легко разрушены тектоническими сдвигами реальной низовой демократии.

Поэтому демократические стандарты поиска новых путей и формул украинской политики требуют от обновленной политической элиты обратной связи со всеми элементами украинской власти.

Достаточно вспомнить, что согласно украинской конституции именно народ является единым источником власти. А создание демократического формата коалиции было задано народовластием и формирует новые правила ответственности власти.

Поэтому, хотя теоретически существуют несколько коалиционных комбинаций, но, благодаря новой политической логистике, на выходе мы имеем коалицию демократических интересов.

2

Украина осваивает свой непростой путь демократии.

если, например, в Польше 1989 года системные политические изменения происходили благодаря общенациональному круглому столу, а в большинстве развитых стран демократия реализуется путем коалиционных процедур, то в Украине 2004-2006 использовалась смешанная практика – поиск демократии происходил как через круглые столы, так и через коалиционные процедуры.

"Комбинированный" вариант украинского пути демократии на фоне прецедентов конституционного изменения политической системы и принятия парламентско-президентской модели власти свидетельствует о системном подходе, который применяется для упорядочения и решения сложнейших политических конфликтных ситуаций, общественных коллизий и экономических пертурбаций.

Но даже когда работа отдельных институционных органов была фактически блокирована, а политические контригроки в субъективном соревновании подталкивали друг друга к рискованным решениям, системе удалось сдержать социально-политическую волну и сохранить тенденцию к властному консенсусу в государстве.

А на выходе из кризисной ситуации можно наблюдать, что формула нового баланса ветвей украинской власти постоянно коррелируется с ценностными аксиомами демократии.

3

Демократическая коалиция является большой не только по количественным показателям – она объединила три политические силы, которые задают другие качественные стандарты национального демократического развития.

А новая схема власти воссоздает в Украине систему политических треугольников, которая с одной стороны - наследство прошлого режима, с другого - имеет все шансы на длительное время стать политической конструкцией уже демократического времени.

Коалиция объединяет в себе - не де-юре, а де-факто - ключевые институционные фигуры – премьера, президента, спикера.

Если старая властная конструкция в целом опиралась на президентскую вертикаль, и парламент в определенном смысле находился в поле президентского политического и экономически-силового давления, то на сегодня ситуация выглядит иначе.

Если продолжать оперировать геометрическими терминами, то властный треугольник в Украине до 2004 года обладал президентской вершиной, которая опиралась на основание позиций премьера и спикера в процессе продвижения президентских политических интересов.

Треугольник украинской власти после 2004 года уже не имеет жестко позиционирующей президентской вершины, а продвижение интересов каждой из его сторон осуществляется в форме легитимного консенсуса.

Более того, благодаря развитию партийной политики, в стране формируются альтернативные политические многоугольники партийной власти. Поэтому украинская властная система приобретает характер постоянного политического взаимодействия и поиска балансов, а главными ее критериями становятся динамичность, демократичность и последовательность.

4

Вероятное избрание Петра Порошенко (ключевой фигуры так называемого "коррупционного скандала") спикером Верховной Рады, может сформировать внутри "новой старой" команды компоненту острого межличностного конфликта.

В условиях "коалиции институтов" этот момент в лучшем случае означает межинституциональную конкуренцию, в худшем – межинституциональный конфликт.

Важно учитывать специфику самой фигуры спикера в новых политических условиях, который теперь имеет пакетно-коалиционную легитимность.

С другой стороны он имеет не только возможности, но и обязанности "играть на две руки" - то есть, выражаясь словами экс-спикера Литвина, быть "спикером всей Верховной Рады".

Включенность же спикера в коалиционный пакет делает его практически неуязвимым с процедурной точки зрения – партия, его делегировавшая всегда будет обладать неотъемлемым правом вето в коалиции, а возможность "снять" спикера при помощи внекоалиционных голосований нивелируется самим коалиционным соглашением, запрещающим такие практики.

Такая ситуация может обусловить идеологическую и организационную конкуренцию между двумя основными коалиционными субъектами – Блоком Юлии Тимошенко и "Нашей Украиной".

Особенно в случае, если НУ будет ориентироваться (по крайней мере в парламенте) на фигуру Порошенко, превращаясь постепенно в спикерскую фракцию. А БЮТ, в свою очередь, уже является партией премьера.

Практически неизбежным представляется конкуренция БЮТ-НУ за помаранчевый электорат. Юлия Тимошенко расширила свою электоральную базу в период парламентской кампании, однако, за счет своих партнеров по Майдану.

Сам же по себе электоральный пул "помаранчевых" не расширился – география выборов в совокупности воспроизвела ситуацию 2004 года. То есть, никому из майданных сил не удалось расширить базу за счет бело-голубых регионов - просто внутри помаранчевого пула произошла смена лидеров.

Сейчас на пользу коалиции играет завершенность революционного и выборного циклов - впереди почти три года без выборов.

И если коалиция способна преодолеть стартовые противоречия, она имеет шансы просуществовать в сравнительно стабильном формате ориентировочно до 2008 года. После включится отчет нового электорального цикла – президентских выборов 2009 – и это уже будут новые правила игры, новые размены и новые политические договоренности.

5

В связи с тем, что окончательно определился формат парламентской коалиции, особый интерес представляют политические перспективы украинской оппозиции. Ее ядро, очевидно, составит Партия Регионов.

В ходе коалиционных переговоров Партия Регионов делала ставку на вхождение во власть, на то, что помаранчевые силы все же не смогут между собой договориться. В результате сегодня ПР оказалась политически, психологически и, что самое важное – идейно, не готова к оппозиционной деятельности.

Какие основные проблемы стоят перед Партией Регионов, учитывая их будущий оппозиционый статус?

Во-первых, это проблема лидерства.

Безусловно, есть Виктор Янукович, но это номинальный лидер, который был призван подчеркнуть антипомаранчевую идентичность ПР на парламентских выборах 2006 года. Но он не является реальным лидером партии, а скорее, неким знаменем, которое периодически демонстрируют обществу.

В то же время в партии нет харизматических лидеров, способных влиять на массы и вести их за собой не за счет административной мобилизации, а за счет привлекательных идей.

Во-вторых, есть серьезные сомнения в том, что регионалы способны предложить концептуальный политический и идеологический проект как для страны в целом, так и для Юго-Востока Украины.

Причем – позитивный целостный проект, а не фрагментарные негативистские идеи, такие как, например, "антиНАТО" или "федерализация Украины".

В-третьих, не ясно, сумеет ли ПР в оппозиции сохранить свою партийную целостность и шире – политическую субъектность?

Дело в том, что Партия Регионов – это не политическая партия в привычном, классическом понимании, а бизнес-политическая структура.

Она представляет собой неоднородный конгломерат бизнес-групп внутри, но достаточно консолидированный во внешних отношениях. Над этим конгломератом существует политическая надстройка – партия, обслуживающая экономические интересы этих групп.

И проблема заключается в том, что какую бы линию оппозиционного поведения ни избрали регионалы – непримиримую или конструктивную – она вряд ли удовлетворит все партийные группы.

Тем более, что крупный бизнес крайне дискомфортно чувствует себя в условиях противостояния власти.

Поэтому достаточно высоки риски раскола Партии Регионов и некоторого "расчищения" юго-восточной электоральной площадки. Причем, эти риски будут расти или снижаться в зависимости от того, насколько успешной будет коалиция Соцпартии , БЮТ и "Нашей Украины".

В целом помаранчевая коалиция создает объективные условия для постепенного снижения влияния, а в недалекой перспективе – и ухода из политической сферы, постсоветских элит с бизнес-мышлением и корпоративно-приватными интересами.

Ведь, в отличие от ПР, полностью представляющей бизнес, в каждой из партий-участниц парламентской коалиции есть мощная "политическая" составляющая, как минимум, уравновешивающая партийные бизнес-крылья.

Особенно это заметно в БЮТ и СПУ, где доминируют "политики", в то время как в "Нашей Украине" сильны позиции представителей бизнеса.

И в этой связи необходимо подчеркнуть, что главная коалиционная интрига состояла не столько в том, какого цвета будет коалиция, сколько в том, какие социальные институты будут ее формировать – политические партии или же экономические элиты.

Кто победит в борьбе за формирование облика будущей власти – консервативно-стабилизационные элиты, заинтересованные в воспроизведении "кучмистской" модели или партийные элиты, опирающиеся в своей деятельности на поддержку социальных масс?

Сегодня можно говорить о том, что Украина получила неплохие шансы на формирование системы ответственных политических партий как основных субъектов политического процесса. Бизнес-элиты, как выше отмечалось, постепенно будут вытесняться из политического пространства.

6

2006 год станет для Украины годом коалиции, и он уже поставил на повестку дня вопрос структуры и организации постреформенной власти.

Это - новые балансы, новые ценности, новое соотношение сил, новые правила игры, но в системе старых институциональных треугольников, доставшихся Украине в наследство от предыдущего режима.

Однако, если в период "позднего Кучмы" превалировала все-таки вертикальная организация власти с полуручными спикером и премьером, чья политическая судьба была целиком и полностью в руках президента, то сегодня президентская вертикаль ослабевает, а треугольник обретает очертания равностороннего.

Сегодня в Украине формируется новая сложная и многоуровневая система политических балансов.

Высший – межинституциональный уровень - это конструкция "президент – премьер – спикер".

Второй уровень – коалиционный – "премьер – Совет Коалиции (главы фракций) – спикер".

И отдельно стоило бы отметить плоскость президентско-коалиционную: несмотря на то, что президент формально не является участником коалиции, существует целый ряд направлений, по которым консультации глав фракций с президентом являются обязательными.

То есть, не принимая непосредственного участия и не неся де-юре ответственности за деятельность коалиции, президент имеет возможность существенно влиять на коалиционную конъюнктуру.

Таким образом, перед демократической коалицией с учетом как персональных, так и политических нюансов нового конституционного порядка стоит целый ряд неотложных "технических заданий".

Реализация этих задач должна как минимум проходить в условиях внутренней межинституциональной и межгрупповой неконфликтности демократической команды. Только тогда уже можно будет говорить об эффективности реализации политической власти в стране.

Внутренняя стабильность и устойчивость коалиции во многом будет зависеть и от системы отношений с президентом страны.

В коалиционном соглашении есть специальный раздел, который регламентирует отношения коалиции с главой государства. Ключевое слово этого раздела – консультации по широкому кругу вопросов – от согласования внешней и внутренней политики государства до кадровых назначений на ключевые государственные должности.

В то же время, президент не является лидером коалиции, хотя на него по этому вопросу оказывалось сильное политическое давление. Президент предпочел оставить за собой функцию модератора отношений между политическими партиями, экономическими элитами и массами, с тем, чтобы оставить себе максимально широкое пространство для политического маневра, учитывая приближающиеся президентские выборы 2009 года.

7

Очевидно, что президент в своем новом статусе не стал слабее – просто изменились и диверсифицировались каналы реализации его политического влияния. А на смену командно-вертикальной стилистике президентства приходит коллегиально-горизонтальная.

Утратив жесткую вертикаль, президент должен будет осваивать (и уже осваивает) более демократичные, более прогрессивные практики коммуникаций с группами влияния.

Если раньше он маневрировал между финансово-промышленными группами, то теперь зачастую, он ищет баланс между группами политическими, то есть партиями. Хотя, безусловно, бизнес в этой системе остается суперважным игроком.

В то же время, несмотря на партизацию власти, логика "партийного президента", актуализированная примерно год назад, на сегодня представляется несостоятельной.

Президент будет вынужден балансировать между массами, провластными так и оппозиционными партиями, бизнесом и воздерживаться от какого-либо однобокого позиционирования.

Это стало ясно в том числе и в период коалициады, когда именно президент стал платформой непростого межгруппового диалога и поиска интегральных коалиционных формул.

Очевидно, что в новых условиях президент станет постоянным модератором межгруповых отношений и конфликтов, сохраняя за собой мощные контрольно-силовые функции.

Очень важно, как именно будут канализироваться конфликты. В новых условиях оптимальным вариантом как раз и была бы их канализация через горизонтально-вертикальные принципы построения системы власти.

Президент будет сильным игроком, равноудаленным от партий и групп, и являющимся независимым центром политического влияния. Он будет опираться на Конституцию, прямую электоральную легитимность (избирателей) и силовую вертикаль.

Уже сейчас актуализирована тема "расширения гражданской базы президента". И кадровое распределение с сохранением даже коалиционных силовиков в квоте президентской партии также соответствует этой логике.

"Украинская правда", 23 июня 2006 года.




Предыдущие материалы из раздела
Иран вне санкций: как изменится глобальная игра
05.04.2015, 17:05
В четверг на мировом энергетическом рынке произошла своего рода революция, последствия которой будут проявляться не один год, и не только в сфере ...
Шантаж Яценюка
07.07.2014, 13:30
Политолог Вадим Карасев раскрывает сложные отношения между правительством и Верховной Радой. — Почему между Кабинетом министров и парламентом ...
На ближайших выборах Порошенко и Ляшко могут поделить избирателей между собой, – Карасев
02.07.2014, 13:08
Основной вопрос сегодняшней политической повестки – это способ разрешения конфликта на востоке. Об этом заявил директор Института глобальных ...
Російська імперія доживає своє – Карасьов
02.07.2014, 13:05
Гості «Вашої Свободи»: Вадим Карасьов, директор Інституту глобальних стратегій; Леся Яхно, директор Інституту національної стратегії ...
В Донецке прошли первые переговоры официальных представителей Украины, России, ОБСЕ и лидеров ополченцев
24.06.2014, 12:39
На переговоры в здание донецкой облгосадминистрации, по сообщению «РИА Новости», прибыли посол России в Киеве Михаил Зурабов, спецпредставитель ...
Экспертный совет: Когда пройдут парламентские выборы?
23.06.2014, 13:16
Директор Института глобальных стратегий Вадим Карасев называет равными шансы того, что перевыборы в ВР пройдут осенью этого года или весной будущего: ...
Аналитика
 Архив