НОВЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПРАВИТЕЛЬСТВА УКРАИНЫ В ЭНЕРГЕТИЧЕСКОМ СЕКТОРЕ: ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

УКРАИНА

Владимир САПРЫКИН, директор энергетических программ Центра имени А.Разумкова, Киев

Что касается предложений Украины, то они изложены в программе «Украинский прорыв», которая была принята новым кабинетом министров под руководством Юлии Тимошенко. Ожидается ее утверждение парламентом.

Я перескажу основные инициативы, озвученные в Киеве и Брюсселе (в ходе визита премьера Ю.Тимошенко). В первую очередь, это то, что необходимо избавиться от посредника «РосУкрЭнерго» в поставках газа в Украину. Пункт Б – нужно повысить тариф на транзит российского газа по территории Украины. Третий момент – это анонсирование газопроводного проекта «Белый поток».

Некоторые СМИ тиражируют мнение, что России предложено увеличить транзитный тариф до уровня $9,3 на 100 км за тысячу кубометров. Как эксперт хочу сказать, что с точки зрения газовой промышленности это просто глупо. Таких тарифов нет ни в одной стране Европы.

Что касается «РосУкрЭнерго», то я считаю, что этот посредник, действительно, должен быть убран. И возможность это сделать будет не сегодня или завтра, а с 2009 года. «Газпром» подписал дополнение к контракту с Туркменистаном, который говорит о том, что обе страны переходят на рыночные принципы ценообразования, и в этих условиях трудно будет обосновать участие «РосУкрЭнерго» в схеме поставок.

При переходе с 2009 года на рыночные принципы, если будет повышена цена до среднеевропейской, необходимо будет повышать все тарифы – на транзит, хранение газа – до среднеевропейских цен.

При нормальных взаимоотношениях посредник не нужен. Он ничего не добывает, ничего не транспортирует. Мне кажется, что тут посредник больше должен беспокоить российскую сторону. «РосУкрЭнерго» экспортирует через Украину в страны Европы газ по ценам ниже, чем «Газпром». Мне непонятно, почему «Газпром» родил себе такого конкурента, который на его рынках отбирает у него часть прибыли.

Что касается проекта «Белый поток», то для большинства специалистов это новая идея. Туркменистан прокомментировал ее с непониманием. Как идея, она имеет право на жизнь. Но по сравнению с другими проектами, это лишь голая идея. Теоретически он имеет право на жизнь, но пока не может соперничать ни с одним из проектов, которые начали разрабатываться или даже строиться.

«Газовые» отношения России и Украины сильно политизируются. Если бы этими вопросами больше занимались эксперты, то было бы все проще и не было бы осложнений, мифических идей о тарифах, мифических проектов.

Хочу обратить внимание на то, что сегодня формируется еще одна сила, которая заинтересована в нормальных российско-украинских отношениях. Это российские бизнесмены, имеющие собственность в Украине. Они заинтересованы в стабильных ценах на газ и поставках по понятной схеме. Это еще одна сила, которая будет участвовать в формировании стабильных долгосрочных газовых отношений двух стран.

Константин БОРОДИН, директор Института энергетических исследований, бывший руководитель пресс-службы Министерства топлива и энергетики Украины, Киев

Лица, которые выступили с идеей введения тарифа на транзит в $9,3, – это действующий сотрудник и начальник ценового департамента НАК «Нефтегаз Украины» и действующий советник первого зампреда НАК «Нефтегаз Украины». Правительство и НАК «Нефтегаз Украины» никогда публично не отрицали, что такая ставка была предложена.

Кроме того, в Европе нет единой практики расчета тарифов. Есть система заказанных мощностей, система пиковых нагрузок, есть система постсоветская, которая действует в Украине и Беларуси, в той же России.

Хочу сказать, что средний транзитный тариф по экспортным контрактам «Газпрома» составляет порядка $2,5 за тысячу кубометров на 100 км. Украинский тариф – $1,7 – от среднего составляет 68%. При этом украинская цена газа – $179 – от среднеевропейской по контрактам «Газпрома» в первом квартале ($348) составляет 51,6%. Диспропорция есть. У нас соотношение не по европейским ценам. И она в пользу Украины. Зачем эту тему бередит украинское правительство, сложно сказать.

Что касается «Белого потока», то тут настораживает не сам авантюризм этого проекта. Настораживает то, что проект такого масштаба может быть с кондачка подготовлен, быть представлен на заседании комитета Европарламента по энергетике. Эти действия явно популистские и пропагандистские.

Их тяжело оценивать как способствующие укреплению имиджа Украины как серьезного государства, как государства, способного предлагать реальные проекты и действительно стремящегося их реализовать. Как можно реализовать то, что даже еще не рассчитано в деньгах, в объеме газа, под что нет источника газ и нет рынка потребления.

Согласно концепции «Белого потока», газ из Туркменистана должен быть доставлен в Крым и далее в Европу через Азербайджан, Грузию и Черное море. Во-первых, по территории Крыма проложить путь в Европу не так легко. Из Крыма по существующей газотранспортной системе можно пойти только на Балканы, Болгарию, Румынию, Турцию. Хотя уже существуют альтернативные газопроводы, и мощность этого региона полностью удовлетворена.

В основные регионы потребления – через Словакию, Венгрию в Чехию, Германию, Францию, Италию – из Крыма пойти нельзя. Нужно строить новую трубу. Совершенно очевидно, что Евросоюз хочет сам получить доступ к этому газу. То есть, ЕС будет строить эту трубу для себя. Соответственно, чтобы получить доступ к этому же газу, Украине придется конкурировать за него с Евросоюзом ценой ($348 в первом квартале).

Наконец, что касается газовых ресурсов Туркменистана. В прошлом году страна добыла 58 млрд. кубометров газа. Из них законтрактовано на Иран – 8 млрд. кубометров, на «Газпромэкспорт» – 41 млрд. кубометров, внутреннее потребление – 12 млрд. кубометров, дефицит газа – 1 млрд. кубометров. Недавно был подписан контракт с Китаем, по которому начнется экспорт еще 30 млрд. кубометров газа в 2009 году. Напомню, что общий законтрактованный объем с «Газпромэкспортом» до 2028 года составляет до 80 млрд. кубометров в год. Есть обязательства со стороны Ашхабада по поставкам в Трансафганский газопровод, если он будет построен.

Таким образом, мы имеем дефицит туркменского газа даже для обеспечения подписанных контрактов на уровне порядка 60-70 млрд. кубометров в год. Как в таких условиях реализовать «Белый поток» с 30 млрд. кубометров в год, непонятно.

Если говорить о посреднике «РосУкрЭнерго», то он представляет ценность как для российской, так и для украинской сторон. Для Украины выгода в том, что цена на газ наиболее низкая, она ниже, чем во всех других странах региона, кроме Беларуси. Для России эта компания является финансовым гарантом расчетов Украины. Мы помним скандал октября-ноября 2007 г. Сегодня вновь идут споры о несанкционированном отборе газа. «Газпром», в общем, этих проблем особо не ощущает за счет финансового гаранта. Если мы говорим о европейской практике, то нам также придется ликвидировать множество посредников. Таких посредников с участием «Газпрома» в Европе насчитывается 46.

«РосУкрЭнерго» не зря является оператором, формально независимым от «Газпрома». Существует законодательство ЕС по диверсификации поставок, о невозможности получать одной стране более трети газа из одного источника. Это законодательство, допустим, не действует в странах соцлагеря, но в Германии, Франции оно действует.

Вадим КАРАСЕВ, директор Института глобальных стратегий, Киев

Эксперты по ТЭКу говорят, что в предложениях правительства Украины больше авантюры, нежели расчетливого подхода к энергетической политике. На мой взгляд, это означает, что здесь нужно рассматривать политические, внешнеполитические подтексты, а не собственно профессиональные, которые касаются технических проблем с ценообразованием и поставками.

Поэтому я сосредоточусь на политических проекциях этой темы. Во-первых, внешнеполитическая проекция связана не только с треугольником Россия-Украина как транзитное плечо-Евросоюз. Внешнеполитическое измерение здесь заключается и в конкуренции президента В.Ющенко и премьер-министра Ю.Тимошенко за то, кто будет «гарантом трубы», кто будет «хранителем трубы», по которой идет газ из России в Европу.

Для чего? Потому что нужно быть интересным, нужным европейским и кремлевским элитам. Если ты нужен и тем, и другим, то повышаешь свой ранг, претендуешь на то, чтобы занимать более высокие позиции в структуре украинской политики, украинского государства.

Такая – пока не громкая, но упорная – конкуренция за место «хранителя трубы» и за роль куратора и корректора энергетической политики, в том числе транзитной, идет между президентом и премьер-министром Украины. Конкуренция идет не только с точки зрения текущей конъюнктуры, но и конъюнктуры предстоящих президентских выборов.

Внутриполитический момент касается проблем тарифов и посредников. Я думаю, что премьер Юлия Тимошенко сознательно идет на завышенные тарифы, чтобы обменять затем более низкий тариф на смену посредников. В Брюсселе Тимошенко говорила не о ликвидации, а о смене посредников. Речь шла о ликвидации теневых непрозрачных посредников. Задача в том, чтобы убрать «РосУкрЭнерго» и поставить посредника, который был бы завязан на старые газовые схемы премьера. Во-первых, это повышение статуса перед брюссельскими и кремлевскими элитами. Во-вторых, представители «РосУкрЭнерго» – это спонсоры Партии регионов, они недалеко находятся и от президентского центра власти. Во всяком случае ближе, чем к Тимошенко.

И еще один момент – кто контролирует газовые поставки в Украине, кто контролирует транзит, посредников, тот во многом контролирует финансовые потоки, финансовый кругооборот украинской политики.

Кроме того, смена посредника нужна для того, чтобы контролировать энергетические потоки, потоки газа, а это контроль над украинской промышленностью, это налоговые поступления в бюджет. У Тимошенко много социальных обещаний, программ, поэтому это больше политико-экономическая борьба, нежели борьба экономических расчетов и резонов.

Замысел, в общем, такой. Тариф можно снизить, но в обмен на посредника, который был бы более приемлем для нынешнего руководства Кабмина.

Что касается «Белого потока», то это инициатива гипотетического плана, которая призвана подчеркнуть масштабность энерготранзитных замыслов нового Кабмина и энергетические амбиции главы правительства.

Украина – важный транзитер российского газа в Европу. Транзитная рента – это тоже доход для Украины. Украина заинтересована в том, чтобы были стабильные отношения в газовой сфере между Россией и Украиной. Речь идет не только об отношениях России и Украины, ведь газ нужен не одной Украине, но и странам Евросоюза. Поэтому глупо отказываться от российского газа и энергодиалога с Россией.

Владимир ФЕСЕНКО, директор Центра политических исследований «Пента», Киев

Сейчас одна из главных проблем – чрезмерная политизация вопроса энергетических отношений России и Украины, инсталляция этого вопроса в конфликтные отношения президента и премьера Украины, в целом, в проблематику мировой энергетической политики. Прежде чем всерьез приступать к выработке новой модели отношений России и Украины на газовом рынке, необходимо максимально снизить политическую составляющую.

Насколько мне известно, в середине февраля состоится визит президента Украины В.Ющенко в Россию, а 21 февраля – визит премьера Ю.Тимошенко. Мне кажется, что это лишь предварительная фаза нового переговорного процесса по газовой проблематике, который, наверняка, не закончится быстрыми решениями.

По словам представителей Блока Юлии Тимошенко, пересмотр газовых соглашений если и состоится, то не раньше середины или второго полугодия. На этот процесс будет влиять развитие внутриполитической ситуации в Украине.

Также важный момент заключается в том, кто и как будет руководить газовой отраслью России после президентских выборов. Поэтому реальные переговоры начнутся только в марте, а сейчас это только пристрелка, политический зондаж, в том числе провокационный, чтобы затем попытаться навязать свои варианты разрешения проблемы.

РОССИЯ 

Владимир ФЕЙГИН, главный директор фонда «Институт энергетики и финансов», Москва

Пункт первый предложений правительства Украины – избавиться от посредника «РосУкрЭнерго». Экономической составляющей, по-моему, здесь нет. Сейчас все знают, по каким ценам закупается газ в странах Центральной Азии, известно, по каким ценам этот газ «РосУкрЭнерго» продает на Украину. То есть, если что-то изменится в организации поставок, то цены от этого не снизятся. Для народного хозяйства Украины больших преимуществ от этого не будет. Вопрос, как организовать поставки, видимо, носит политический характер, есть конъюнктурные интересы, но не экономические.

Хочу отметить при этом, что ограничений в Европе на поставку газа в одну страну от одного поставщика в объеме не более трети, чем иногда оправдывают необходимость посредника, нет. Их нет и на практике. Кроме стран Восточной Европы, традиционно завязанных на поставки российского газа, есть такие страны, как Австрия, на 80% зависимая от российских поставок, Финляндия – на 100%. И это не угрожает ни безопасности страны, ни экономике.

Второй вопрос – транзитный тариф. Цифры в $9,32 на 100 км. за тысячу кубометров, вероятно, возникают из соображений, что раз Россия повышает цены на газ, нужно подобрать тариф, который бы компенсировал это повышение. Есть международные правила на этот счет. Тарифы на транспортировку не должны быть избыточными, они должны определяться затратами, то есть чисто экономическими факторами. Но объяснить тарифы такого масштаба затратными факторами невозможно. Это и не удастся. Таких тарифов нет нигде в мире.

Видимо, в перспективе будет повышение тарифа. Я не согласен только, что обязательно должен быть среднеевропейский тариф. Должен быть тариф, обоснованный затратами. Стороны должны согласовывать эти позиции, потому что в Европе другие условия: трубопроводы меньшего диаметра, дороже транспортировка и отвод земли.

Тут нет единого мирового уровня тарифов, но есть принципы, на которых эти тарифы должны строиться. На основе этого необходимо провести расчеты. И, конечно, транзитные тарифы не должны быть компенсацией к повышению цены. В тарифе есть компонент «топливный газ». Этот газ тратится на компрессорных станциях. Этот газ покупается. Если он покупается по более высокой цене, транспортировать его дороже. Но это один из компонентов.

Владимир ВОЛОШИН, заведующий сектором ТЭК Института экономики РАН, Москва

Вопрос энергообеспечения – ключевой во взаимоотношениях России и Украины. Периодически возникают конфликты, но не надо их доводить до остроты кризиса.

Если говорить о проекте «Белый поток», то он является противоположностью проекту «Набукко», который предполагает поставки газа из центральноазиатских стран в ЕС. Этот газопровод в значительной степени просчитан. Где-то 31 млрд. кубическим метров, стоимость 5-6 млрд. евро, он имеет экономическое обоснование.

Каждая страна хочет, чтобы нефтяные и газовые потоки проходили через ее территорию, и в том числе Украина, поскольку это дополнительные деньги, это политика, возможность регулировать ситуацию в энергетической сфере. «Белый поток» пока не просчитан.

Если говорить о нефтепроводе Одесса-Броды-Гданьск, то он также идет в обход России. Украина, Беларусь также ищут обходные пути вне России, чтобы меньше связывать себя в этой области.

Здесь надо исходить из экономической целесообразности и формирования надежной системы энергоснабжения, поскольку Россия и Украина являются ключевыми игроками на мировом рынке энергоносителей. Поэтому формирование энергетической безопасности происходит в результате двух процессов. С одной стороны, необходимо создавать конкурентную среду. С другой, надо договариваться, усиливать координирующие функции.

Материал основан на выступлениях экспертов в Российском агентстве международной информации «РИА Новости», организовавшем 1 февраля видеомост Москва-Киев на тему: «Новые предложения правительства Украины в энергетическом секторе - экономические и политические аспекты».

"Евразийский дом", 4 февраля 2008 г.