Мониторинг политических событий в Украине. Апрель 2004

Политический апрель был отмечен провалом конституционной реформы, фактическим распадом коалиции большинства в Верховной Раде, образованием новых фракций и депутатских групп, а также выдвижением премьер-министра Виктора Януковича в качестве единого кандидата от парламентского большинства.

В середине месяца выборы городского головы Мукачево резко повысили градус политической напряженности и едва не привели к очередному парламентскому кризису.

В ходе голосования в Верховной Раде 8 апреля за законопроект №4105, предполагающий внесение изменений в Конституцию Украины было подано всего 294 голоса. Решающее влияние на итоговый результат оказала группа депутатов, избранных по одномандатным округам, отказавшаяся поддержать данный законопроект. Примечательно, что судьба реформы была предрешена не какой-либо из структурированных парламентских сил, а, фактически, несколькими мажоритарщиками, которые после принятия пропорционального закона поставлены на грань выживания как класс. Политический смысл их выбора заключался в том, что обновление институциональной системы не открывало для них никаких перспектив. Гораздо проще договориться в привычных раскладах, пусть и с новыми лицами. Кроме того, существенную роль сыграло желание рассчитаться за политический прессинг на мажоритарщиков, который происходил на фоне беспрецедентных уступок левым фракциям в ходе торга за реформу.

После 8 апреля существовавший почти два года парламентский формат “большинство – оппозиция” рухнул. Реконфигурация политической структуры Верховной Рады началась созданием депутатской группы “Центр”, основу которой составили “неприсоединившиеся” ни к большинству ни к оппозиции мажоритарщики. Создание “Центра” вряд ли стоит рассматривать как попытку сформировать некую “третью силу”, поскольку это понятие в парламенте образца весны-осени 2004 года нивелируется вследствие распада его дихотомической структуры.

Следующим шагом стал самороспуск единой фракции “Трудовой Украины” и Партии промышленников и предпринимателей и создание автономной фракции трудовиков. В ближайшем будущем, несомненно, последуют и другие серьезные парламентские перегруппировки, вплоть до формализации распада большинства.

Несмотря на негативный результат, практически нет сомнений, что реформа будет оставаться одним из главных тематических пространств отечественной политики и ключевой темой предвыборной программатики как в президентской избирательной кампании нынешней осенью, так и в парламентской кампании 2006 года. Учитывая, что среди украинских элит накопилась критическая масса понимания необходимости изменений, под вопросом остается лишь время и форма дальнейшей трансформации политической среды.

Неудача же конкретного варианта реформы привела к тому, что на первый политический план вышла президентская кампания, интригу в которой теперь существенно обостряет ряд обстоятельств.

Во-первых, вопреки ожиданиям и надеждам ряда политических сил, ценность главного приза электоральных соревнований-2004 (объем полномочий президента) по-прежнему остается сверхвысокой.

Во-вторых, для фаворитов гонки – Виктора Ющенко и Виктора Януковича (в отличие от кандидатов второго эшелона) – выборы отныне являются игрой ва-банк. Оба отдают себе отчет в том, что следующего шанса на соискание высшей государственной должности у них может не быть, а поражение способно перечеркнуть их политические перспективы.

В-третьих, победитель при определенных раскладах сможет сформировать лояльное большинство в Верховной Раде и непосредственно влиять на процесс формирования правительства. А следовательно – контролировать практически весь ресурс власти в стране, пусть и на незначительный временной промежуток (скорее всего – до выборов в ВРУ в 2006 году).

В-четвертых, новый глава государства сможет возглавить процесс продвижения реформы политической системы и придать ей максимально комфортный для себя дизайн.

То, что к политической реформе вернутся не позднее, чем после президентских выборов, очевидно. Другое дело, что после обновления власти реформа будет наполняться несколько иными смыслами и содержанием. Векторы приложения усилий новой власти и новой оппозиции сменятся на диаметрально противоположные. Проигравшие будут усматривать в реформе шанс на политический реванш. Победители же постараются ограничиться косметическими изменениями.

Что касается содержания реформы, то, видимо, больше внимания, чем раньше будет уделяться проблемам реформирования местного самоуправления. Следует ожидать, что напряженная дискуссия развернется вокруг статуса глав областных государственных администраций. Будет ли это выборная должность или губернаторы будут назначаться, а если так, то кем? Кроме того, изменения, возможно, будут иметь не столь радикальный характер, как в том же законопроекте №4105. Например, полномочия президента будут перераспределены в пользу Кабинета министров и Верховной Рады, но в более ограниченных объемах.

Подобные дискуссии относительно содержательного наполнения “второй” реформы станут пространством для следующего витка политической интриги, площадкой для новой “большой” политической игры в 2004-06 гг.

Впрочем, уже в конце апреля были обнародованы планы реинкарнации конституционной реформы. Леонид Кучма на пресс-конференции 28 апреля недвусмысленно заявил о том, что выступает за проведение реформы до президентских выборов. В качестве вариантов могут быть рассмотрены законопроекты №4180 и №3207 уже прошедшие экспертизу Конституционного Суда на предмет соответствия Основному Закону.

С процедурной точки зрения это вполне вероятно. Если депутаты проголосуют на весенне-летней сессии простым большинством голосов, то на следующей, осенней, сессии снова будет необходима поддержка законопроекта со стороны не менее чем двух третей депутатского корпуса.

С политической же точки зрения перспективы такого варианта сегодня выглядят неубедительно. Осенняя сессия начинается в начале сентября, когда президентская кампания выйдет на финишную прямую. К этому времени большинство элит уже сделают ставки на того или иного кандидата и могут утратить мотивацию что-либо менять, по крайней мере, до тех пор пока не прояснится судьба ставок. Если же два кандидата (Виктор Ющенко и Виктор Янукович) будут иметь примерно одинаковые шансы на успех, а это вполне вероятно, то их команды и политические сателлиты просто не будут заинтересованы в позитивном голосовании, а предпочтут отложить рассмотрение проекта реформы на “поствыборную” часть сессии.

14 апреля координатор парламентского большинства Степан Гавриш объявил, что на заседании Координационного совета парламентского большинства руководители депутатских групп и фракций выдвинули премьер-министра Виктора Януковича единым кандидатом в президенты.

Форсированное выдвижение премьера стало следствием неудачного голосования в Верховной Раде по конституционной реформе. Логика этого шага понятна – власть была вынуждена хоть как-то отвечать на “вызов 8 апреля” и обозначить более-менее внятные ориентиры для политических элит поддерживающих власть. Можно сказать, что единый кандидат от власти – это стратегический мобилизационный ресурс режима, направленный на консолидацию ресурсов и элит. Вместе с тем, выдвижение в том виде, в котором оно состоялось и последующие события поставили перед политическим сообществом гораздо больше вопросов, чем дали ответов.

Не совсем удачной была келейная форма выдвижения, особенно в контексте необходимости формирования максимально широкой политической коалиции под кандидата. Также серьезным, хотя и исправимым, просчетом было то, что политическим субъектом выдвижения стало парламентское большинство, а не “широкая демократическая” или хотя бы “парламентско-правительственная” коалиция. Таким образом, на данном этапе за бортом остались практически все непарламентские общественно-политические силы.

Впрочем, совсем скоро и различные лидеры фракций большинства начали говорить о “предварительности” кандидатуры Януковича, ссылаться на партийную дисциплину и решения грядущих съездов, как Сергей Тигипко и Анатолий Кинах. Либо же напрямую дезавуировать идею единого кандидата и заявлять о желании самостоятельно испытать свои силы на выборах, как это сделал лидер НДП Валерий Пустовойтенко. Эти политики озвучили позицию многих других партийных лидеров “второго эшелона”, не имеющих реальных шансов на победу в президентской кампании. Эта достаточно влиятельная группа политиков в качестве главного механизма собственного политического воспроизводства рассматривает парламентскую кампанию 2006 года. А потому заинтересована в “генеральной репетиции”, где можно было бы провести максимально точную инвентаризацию организационно-структурных и электоральных ресурсов.

Не слишком благоприятный для Виктора Януковича политический фон усугубляется и позицией Президента. Леонид Кучма избегает говорить о прямой поддержке премьера именно в качестве преемника, делая акцент на том, что выиграть выборы должен тот кандидат, за которым пойдет народ. В этой связи интересно отметить, что многие политики уверены в том, что выдвижение Януковича запоздало. Но, видимо, для Президента оно состоялось раньше намеченных сроков либо же не в том формате, который был необходим.

Понятно, что Леониду Кучме с точки зрения эффективности управления политическими процессами выгодно максимально долго сохранять неопределенность и держать элиты в напряжении (учитывая теоретическую возможность Президента баллотироваться в третий раз). Это один из тех немногих консолидирующих моментов, которые пока остаются у режима. Однако дело не только в этом. Уже упоминавшееся выше настойчивое стремление Леонида Кучмы провести конституционную реформу до выборов нового главы государства свидетельствует о том, что президент не видит политической фигуры достойной звания “преемника”.

Сам же Виктор Янукович с момента обретения статуса “единого кандидата” попал в очень непростую ситуацию. После того, как конституционные изменения значительно усиливающие политический и институциональный вес должности премьер-министра не набрали в Верховной Раде достаточного количества голосов, стало ясно, что февральско-мартовские политические достижения главы Кабмина – выстраивание парламентско-правительственной коалиции, одобрение сразу двух правительственных программ – в апреле были нивелированы.

Более того, Виктор Янукович попал в ситуацию когда его вынуждают играть ва-банк, причем по чужим правилам. По действующей Конституции Кабинет министров слагает свои полномочия перед новоизбранным Президентом. Таким образом Янукович лишен выбора, который был бы у него в случае успеха реформы – между желанием остаться, по его же словам, премьером до 2006 года или испытать свои силы в борьбе за высший государственный пост.

Сегодня выбора у премьера нет. Отказ от статуса “единого кандидата” автоматически исключает Виктора Януковича из высшей политической лиги. Согласие же “обставляется” многими условиями. Ответственность за проведение политической реформы – лишь стартовое. Далее, несомненно, последуют различные “пакетные” соглашения, в которых каждый участник коалиции будет оговаривать причитающиеся ему в случае успеха дивиденды. В этом смысле Янукович сегодня напоминает бегуна, которому вроде бы и передали эстафетную палочку, но в то же время навесили на него кучу гирек разной тяжести.

Поэтому именно премьер и возглавляемая им донецкая группа будут вынуждены нести как основную публичную ответственность за судьбу правящей элиты, так и главные издержки предвыборной кампании.

Повторные выборы городского головы Мукачево 18 апреля вновь завершились политическим скандалом, еще более грандиозным, нежели предыдущий. После сообщения о том, что Виктор Балога, поддерживаемый “Нашей Украиной”, примерно на 5 тысяч голосов опережает Эрнеста Нусера, патронируемого СДПУ(о) последовали заявления противоположного характера со стороны территориальной избирательной комиссии. В конечном итоге теризбирком объявил 19 апреля, что мэром Мукачево стал все же Нусер. Затем последовали похищения оригиналов протоколов, избиения народных депутатов и парламентские разборки.

В чем же подтекст ситуации, когда выборы городского головы районного центра становятся политической интригой общенационального уровня и едва не становятся причиной очередного парламентского кризиса?

Стоит заметить, что Закарпатье – стратегически важная в экономическом плане область Украины, которая интересна, прежде всего, с точки зрения ее транзитного потенциала и возможностей трансграничного сотрудничества (Закарпатье граничит с четырьмя странами – Польшей, Словакией, Венгрией и Румынией). В течение нескольких последних лет область представляла собой базовый регион СДПУ(о) и, по сути, находилась под ее политическим и экономическим контролем. Важность Закарпатья для эсдеков тяжело переоценить, если вспомнить хотя бы, что в 1998 году лишь благодаря полученному здесь результату партии удалось преодолеть 4% барьер на выборах в Верховную Раду.

В политическом контексте Закарпатская область – основная региональная площадка борьбы между объединенными социал-демократами и “Нашей Украиной”. И если вспомнить, что первый раунд выборов в Мукачево завершился разведением соперников в разные углы ринга, то есть – введением прямого президентского правления, во втором раунде соперники явно готовились взять реванш.

Хотя стоит заметить, что прямого столкновения можно было бы избежать – согласно заявлениям некоторых народных депутатов с обеих сторон, незадолго до выборов эсдеки обратились с предложением снять Виктора Балогу и Эрнеста Нусера с дистанции и, таким образом, сделать из Мукачево “нейтральную территорию”. Виктор Ющенко на подобную договоренность не пошел. Не исключено, что не только в силу личной неприязни к украинским социал-демократам, но и с точки зрения политической целесообразности.

Дело в том, что “Нашей Украине” сейчас необходимо поддерживать на высоком уровне мобилизационную готовность и моральный дух своих предвыборных структур в преддверии решающих событий осени 2004 года. Ведь Виктор Ющенко и его команда, фактически, первыми развернули полномасштабную избирательную кампанию еще год назад. Для достижения этой цели вполне подходят локальные противостояния с политическими оппонентами, которые выливаются в открытые конфликты и провокации, как это было в минувшем году в Донецке и Сумах. Далее следует отработанная схема, когда эти события фактически “перерастают” свой уровень и усилиями оппозиционеров из НУ формируют парламентскую и информационную повестку в общенациональном масштабе. Подобным образом осуществляется прорыв информационной блокады и отрабатываются действия избирательных штабов, которые получают бесценный опыт работы в ситуациях жесткого административного прессинга.

Но это все имеет и обратную сторону в виде радикализации имиджа Виктора Ющенко и маргинализации его политической позиции, что в перспективе может иметь очень неприятные последствия для лидера “Нашей Украины”. Электоральная практика показывает, что в большинстве случаев представители радикальных идеологических и политических сил проигрывают во втором туре своему более умеренному сопернику, который получает больше возможностей для формирования “коалиции негативного консенсуса”.

Стоит отметить и еще один немаловажный момент, который мог повлиять на решение Виктора Ющенко не принимать предложение о перемирии. Он заключается в том, победа Виктора Балоги в регионе, который традиционно считался проэсдековским, давала НУ весомые психологические и политические преимущества, поскольку развенчивала миф о “базовом регионе СДПУ(о)”. У Ющенко появились бы основания говорить о том, что деэсдепизация де-факто началась, и не административным путем, а в результате народного волеизъявления. Помимо этого, успех Балоги оказал бы сильное влияние на позиционирование местных элит и элит сопредельных регионов. По видимому, вышеперечисленные соображения повлияли на столь жесткую позицию Ющенко.

Не исключено, что события в Мукачево – это специальная операция власти с целью прощупать реакцию оппозиции, общественного мнения, международного сообщества на массированное применение административно-силового ресурса. Так ли это на самом деле, может показать уже следующая избирательная кампания – довыборы в 136 одномандатном округе в Одессе 30 мая.